ЗАЯЧЬИ УШИ (рассказ для взрослых)

5d6848a57161d4284962745d8f00b15f

Опубликован

  • в электронном авторском сборнике рассказов «Как выйти замуж, или Корова на льду», 2016
  • в книжном сборнике лауреатов конкурса «Золотая роза» «Двадцать самых лучших», 2017
  • в новогоднем номере журнала «Единственная», декабрь 2017

 

День выдался таким ярким и солнечным, что Лёлька решила: именно сегодня она должна умереть. 
Рассеянно оглядела комнату. На диване, раскрашенном солнечными зайчиками, валялась раскрытая на тридцать четвертой странице и припечатанная надкушенным яблоком  «Прекрасная Натали», скомканный махровый халатик и никуда не пришитые заячьи уши.

«С ушами получается нехорошо, – подумала Лелька. Обещала ведь сделать костюм Веркиному Дане. Ну как он пойдет на утренник без ушей? Верка ведь совсем безрукая». 
Верка безрукая, Данька безухий… Придется все-таки погодить со смертью. Даньку подводить нельзя. Данька мировой. Несмотря на свои пять с заячьим хвостиком. И он вовсе не виноват, что Лелька никому, кроме него, не нужна.
Лелька застыла от ужаса. Она вдруг представила, что было бы, если бы вдруг у нее все-таки хватило смелости, и она, как хотела, наелась этих таблеток… Что бы тогда было с Данькой? Ведь Верка – она такая… Прямолинейная. У нее хватит ума ляпнуть ребенку, что тетя Леля того… не уехала, а того! Лельке не хотелось даже про себя произносить это страшное слово. Хотя, и «уехала» Даньку бы точно расстроило. Тем более, после того, как он раскрыл ей свою ТАЙНУ. Не маме, не папе, а ей, Лельке. 
Тайну звали Соней. Самое обычное в последние лет десять имя для маленькой девочки. Но, по мнению Даньки, сама Соня была необычная. 
– Трудность в том, что она красивая, – по-взрослому пожаловался он Лельке. 
– А зачем тебе страшная? Девочка и должна быть красивой. 
– Ну как ты не понимаешь? С красивыми сложно. Они слишком много о себе думают. Не знаешь, как к ней подступиться, – вздохнул малец. 
Так горько, что Лельке тут же захотелось протянуть руку и пригладить его кучерявый чуб. 
– Она считает меня маленьким, – продолжал свою исповедь Даня. 
И Лелька подумала: хорошо, что не  стала его гладить. А то получилось бы, что тоже, как эта Соня, считает его малышом. 
– А ты, знаешь что? А ты влюбись в какую-нибудь другую девочку, – сдуру посоветовала она.
– Как это? Я же уже Соньку люблю, – не понял Даня. 
– Но она же вредная.
– Вредная. Но ничего не поделаешь. Уже полюбил. Придется терпеть.
«Мужчина…» – и тогда, и сейчас, вспоминая этот разговор, подумала Лелька. Все бы так. А то вырастают – и становятся мерзавцами. Сегодня – одна, завтра – другая. Как ее Мерзавец. 
Но лучше об этом не думать. А то опять начнется истерика… Надо срочно отвлечься! Но как же больно!.. 

На кухне Лелька вылила в бокал остатки каберне. 
– Вино, склонное к постоянству… – с ухмылкой, произнесла она вслух, рассматривая напиток на просвет и вспоминая рассказ Мерзавца о каберне, способном долгие годы сохранять свои свойства. 
Хоть что-то в этом мире склонно к постоянству. Жаль, что это всего лишь вино. 
Лелька залпом осушила бокал. Зажмурилась. Заела черствым овсяным печеньем. Потом зачем-то полезла в шкафчик, где хранилось ТО САМОЕ лекарство. Потрясла банкой над ухом. Подумала, что так звучит смерть. Как детская погремушка. Решительно отправила таблетки обратно в шкаф и поплелась в комнату. Отвлекаться. 
Уши по-прежнему валялись на диване. Лелька представила себя на месте Даниной Сони. Смогла бы она сама влюбиться в зайца? Пять с хвостиком – это все-таки не год и не три. Тем более, Даня такой серьезный и рассудительный. И влюбленный. Ну, какой из него заяц?! Пусть Верка сама наряжается в эти уши. Лелька брезгливо взяла первое ухо за самый кончик и тут же бросила их одно за другим в бумажный пакет. Потом достала темно-синий бархат, которому так и не суждено было стать вечерним платьем, развернула рулон и быстро начала чертить по нему мелом. 
– Совсем другое дело! – приговаривала она. – Это вам не заячьи уши. Ну, красавица Сонька, держись!
 
 – Тебе ничего нельзя доверить! У него же стихи! Спектакль! Там все продумано! – через три дня в гостях у Лельки возмущалась Вера. – Только ты могла вместо одного костюма пошить совершенно другой!  Что я теперь скажу Надежде Семеновне? 
– Скажешь, что она дура. Ребенку пять с лишним лет, а она его – зайцем! Ты же мать! Должна быть горой за своего сына, а ты идешь на поводу у всяких… 
– Тише! Сейчас услышит, как ты про его воспитательницу! О взрослых так нельзя! Своих будешь баловать, когда родишь!.. Придется теперь брать костюм зайца напрокат!
Через пять минут в комнату влетел сияющий принц Данька. В роскошных бархатных панталонах и берете со страусиным пером.
– Лелька! Ты все-таки талант!.. – не удержалась Вера. – Может, успеешь еще пошить заячьи уши? А принцем пусть будет дома. 
– Тетя Леля, не соглашайтесь! – сделал испуганные глаза Даня. – Я лучше выучу другой стих! И с Надеждой Семеновной сам договорюсь! – умолял он, переводя взгляд с матери на тетю. 
– Вера, какой заяц?! У тебя принц растет! Больше не буду ничего шить! – категорично ответила Лелька. – И не вздумай брать напрокат! 
 
 Через день ей позвонил Даня:
 – Тетя Леля, вы волшебница! Соня согласилась на утреннике со мной танцевать! –счастливым приглушенным голосом, чтобы больше никто не слышал, сообщил он.
Лелька положила трубку и почувствовала, что сейчас разревется. Волшебница… Надо же! Ну и фантазер этот Данька!
Она взяла себя в руки, оделась и пошла выносить мусор. На самом верху в пакете лежали заячьи уши.  

Рисунок автора